Badge blog-user
Блог
Blog author
Зоя Светова
Blog post category
Общество

Право на интервью

Как я судилась с ФСИН

23 Июня 2017, 15:08

Право на интервью

Как я судилась с ФСИН

Статистика Постов 23
Перейти в профиль

21 июня Замоскворецкий суд Москвы рассмотрел мой иск к тюремной службе России, которая отказала мне в интервью с украинским кинорежиссером Олегом Сенцовым, отбывающим 20-летний срок в Якутии.

Судья Нелли Рубцова встала на сторону ФСИН России и отказала в удовлетворении моего иска. Замоскворецкий суд, в принципе специализируется на ФСИН России — все иски к этому ведомству подаются в этот суд и как правило, замоскворецкая Фемида становится на сторону тюремного ведомства.

Но я нисколько не жалею, что подала иск. Во -первых, как говорит адвокат Мария Серновец, которая была моим представителем на суде, это иск относится к стратегическим искам. Они влияют на практику применения в конкретном случае, но и способны менять законодательство.

Менять законодательство, а именно статью 24 Уголовно-исполнительного кодекса. Эта статья позволяет представителям СМИ и иным лицам посещать учреждения ФСИН по специальному разрешению администрации этих учреждений , либо вышестоящих органов. Но в статье ничего не написано, в каком случае и при каких обстоятельствах журналисту может быть отказано в посещении колонии или СИЗО. Отсутствие мотивировки отказа дает ФСИН большое поле для произвола. То есть: хочу, пущу журналистов, хочу , не пущу.

Мне было очень интересно услышать на суде объяснения представителей ФСИН. Хотелось понять: почему все-таки мне было отказано, и кто конкретно принимал решение. Начну с возражений, высказанных представителями ответчика. Перевожу с юридического на русский: мы никаких законов не нарушили, у нас есть свой закон — УИК, если в статье 24-ой ничего не сказано про мотивировку отказа, значит, мы и не должны ничего мотивировать. Вы пишете, что мы нарушили Конституцию, но , батюшки, ведь это высший закон нашего государства и все остальные законы при принятии проверяются на конституционность, раз статья 24-ая УИК принята, значит, проверялась. Если не согласны, идите в КС и проверяйте ее неконституционность. Вы говорите, что нарушена 10 -ая статья Европейской Конвенции по правам человека («каждый имеет право выражать свое мнение»), но вы не приводите ни одного прецедентного решения на эту тему.

То есть, ответчик, с одной стороны, посылает нас в КС, куда мы в принципе и сами собираемся, чтобы норму закона обжаловать. Спасибо! А второе возражение — это реверанс в сторону Европейского суда. Получается , что ФСИН, в отличие от российских судов, в которых часто можно слышать насмешки над Страсбургом, признает этот институт и даже изучает его прецеденты.

Но иск — не обоснованный, никаких законов ФСИН не нарушает. А как же федеральный закон об обращениях граждан, в котором прямо прописано, что отказ должен быть мотивирован ? Этот закон для тюремной службы не существует, она живет только по УИК.

Но это, так сказать, юридические тонкости, важные для соблюдения формальностей процесса.

А вот и конкретика: судя по всему, решение об отказе в интервью принималось в Москве, начальник ИК-1 города Якутска, где сидит Олег Сенцов, скорее всего вообще был не в курсе. На мой вопрос представителю ФСИН, кем принималось решение, он ответил, что принималось оно, тем, кто подписал отказ. А отказ подписан заместителем руководителя пресс-службы. То, есть представителем того отдела в ведомстве, который должен как раз помогать журналистам в работе. Но нет. Не помогает.

И самое интересное: представитель ФСИН, как оказалось, искренне не понимает, зачем мне воообще было нужно интервью с Олегом Сенцовым, почему я эти самые безобидные вопросы не могла задать ему в письме, а потом, выдав их за интервью, опубликовала бы. Пришлось объяснить уважаемому юристу, что интервью и письмо — не одно и то же. А кстати, заодно рассказать ему , что письма от Сенцова ни мне, ни многим его корреспондентам не доходят.

Во всей этой истории с отказом меня поразило вот еще что: за годы своей журналистской жизни я несколько раз просила об интервью с осужденными и несколько раз мне отказывали. Как правило, ничего не объясняли, но иногда говорили, что осужденный сам не хочет со мной общаться, а потом я узнавала, что это было неправдой. В этот раз ФСИН даже не стал придумывать какую -либо причину, просто отказал и все.

Из странного: на судебное заседание пришло всего два корреспондента — из агентства ТАСС и с радио «Свобода». Тема не зацепила. Хотя , казалось бы это должно касаться многих. Ведь не только мне отказывают в интервью с осужденными. Отказывают практически всем, кто об этом просит. Случаи разрешений крайне редки и только подтверждают правило.

Тюрьмы и колонии по прежнему остаются учреждениями , закрытыми от общества и журналисты завидуют членам ОНК, которые могут посещать сидельцев, беседовать с ними и потом публиковать их прямую речь. Иногда это спасают людей от тяжелых испытаний и даже от гибели.

А обжаловать статью Уголовно-исполнительного кодекса в КС я обязательно буду. И наверное, пошлю Олегу Сенцову те вопросы, которые хотела задать ему в очном интервью. Возможно, после рассмотрения моего иска в суде, его ответное письмо до меня дойдет.

Читайте также

Русский след

16 Декабря 2017, 13:06

9 Декабря 2017, 09:54

9 Декабря 2017, 09:54

util