Badge blog-user
Блог
Blog author
Виталий Шишкин
Blog post category
Новости

Письмо-обращение политзаключённого Шишкина В.В к Москальковой Т.Н.

Обращение с просьбой обратить внимание на ситуацию в ИК-3 г. Льгова Курской области и отстранить от должности Уполномоченного по правам человека по Курской области Фирсова Владимира Владимировича.
На все обращения Виталия Шишкина ранее в различные инстанции, либо дан отказ в проведении проверки, либо ответы такие, что проверка проведена — нарушений не выявлено.

25 Февраля 2017, 16:53

Письмо-обращение политзаключённого Шишкина В.В к Москальковой Т.Н.

Обращение с просьбой обратить внимание на ситуацию в ИК-3 г. Льгова Курской области и отстранить от должности Уполномоченного по правам человека по Курской области Фирсова Владимира Владимировича.
На все обращения Виталия Шишкина ранее в различные инстанции, либо дан отказ в проведении проверки, либо ответы такие, что проверка проведена — нарушений не выявлено.

Статистика Постов 9
Перейти в профиль

Заявление

Прошу Вас уволить Уполномоченного по правам человека по Курской области Фирсова Владимира Владимировича, за невыполнение им обязанностей по следующим обстоятельствам:

20 января 2017 Фирсов В.В посетил меня в ИК-3 г.Льгова по полученным ходатайствам от правозащитника Фонда «В защиту прав заключённых» Алексеевой и от Таначевой А.Ю, которые написали о проблемах, происходящих в нашей колонии и о моём конфликте с начальником отряда № 2 Абдурахмановым М.Р.

Фирсов В.В. сразу начал свой разговор, обвиняя меня в ложном заявлении, что по его данным в ИК-3 все очень хорошо и нет никаких проблем.

Фирсов В.В. заявил, что у нас (у осужденных) нет права подавать документы на условно-досрочное освобождение напрямую в суд через адвокатов, что это я не знаю Закона и клевещу на Абдурахманова М.Р.

По Закону осужденные имеют право пользоваться услугами адвокатов.

Далее Фирсов В.В. сообщил, что по данным ИК-3 в колонии не было случаев, чтобы больные с открытой формой туберкулёза официально где-то работали. В то же время он сам знает, что только 25% осужденных официально трудоустроены, а остальные работают бесплатно и в данные статистики не попадают.

По данным медчасти ИК-3 за 2016 год выявлено три случая обнаружения открытой формы туберкулёза.

Но Фирсов В.В. отказался вызывать этих людей и запросить данные о том, где они работали, где жили, сколько времени с открытой формой туберкулёза провели в колонии среди здоровых осужденных.

Законом запрещено содержать здоровых осужденных вместе с больными. Фирсов В.В. не стал выяснять, как эти больные оказались в колонии, почему у них ранее не выявили туберкулёз и не отправили их в специальную клинику. Он этого не сделал по одной причине — потому что тогда, нужно привлекать к административной или даже уголовной ответственности сотрудников ИК-3 медчасти при колонии и тех сотрудников ФСИН, откуда прибыли больные с открытой формой туберкулёза.

Фирсов В.В. не решился встать на защиту права осужденных на то, чтобы выйти на свободу здоровыми людьми.

Прошу Вас уведомить соответствующие органы, чтобы разобраться в этой истории и не допустить впредь такие вопиющие случаи халатности со стороны сотрудников колоний и тюрем.

Законом регламентировано прохождение раз в полгода флюорографии, и туберкулёз не может появиться неожиданно, тем более в открытой форме. Вы знаете, что порой достаточно одного кашля, чтобы заразились все окружающие больного люди, а сама болезнь выявляется спустя полгода и более. И сколько сейчас таких осужденных из тех, кто был в контакте с больными, не знает ни кто, а это не просто халатность, это сознательное укрывательство серьёзного преступления. И если с открытой формой туберкулёза такая халатность, то по отношению к другим заболеваниям история ещё хуже.

Фирсова В.В. устроил ответ от медсанчасти, что в колонии нет проблем с бельевыми вшами, чесоткой, и другими заболеваниями. Но он не захотел пройти со мной по колонии и поговорить с больными осужденными, которых не хотели класть в больницу, чтобы не портить статистику работы.

Все поднятые мной вопросы Фирсовым В.В. были проигнорированы, он показывал бумажки от руководства и говорил, что проблем нет.

Скажите, чьи права он тогда защищает? Может, в его инструкции прописана защита прав сотрудников колонии? Тогда пришлите, пожалуйста, другого, способного разобраться в ситуации и хоть как-то облегчить жизнь и исправление осужденных.

В колониях с 2009 года разрешено по Закону видеообщение с родственниками и получение и отправка электронных писем. На это были выделены не малые деньги, и даже в нашей колонии висит объявление, что мы можем пользоваться этими услугами. Тогда вопрос, почему в ИК-3 г.Льгова это не работает, куда делось купленное оборудование? Почему Фирсова В.В. это совершенно не интересует? Или опять не хочет, чтобы руководство колонии было наказано?

Мои жалобы, что в колонии нет учёта документов, поступивших от осужденных на имя начальника колонии, тоже встретили неодобрением. Фирсов В.В. сказал, что всё, что нужно фиксируется и не моё это дело как. Но в СИЗО Москвы, где я находился ранее, в период следствия, каждый документ регистрировался, и потом мы под роспись получали ответы. А при подаче заявлений дежурный сразу записывал их в прошитую пронумерованную тетрадь.

В колонии нередко случается, когда не то что незначительные документы терялись, но и заявления в суд на УДО. Я уже не говорю, что почти всегда у нас такие документы принимаются только без даты написания, чтобы давать ответы не в 20 дней, как положено по УК и УПК, а в течение 5-6 месяцев. И опять Фирсов В.В. даже и не подумал потребовать от руководства колонии, чтобы они завели такие журналы регистрации.

ИК-3 г. Льгова наверное единственная колония в России, где встречи с адвокатом проходят не в отдельных кабинетах без аудиопрослушивания, а в доисторических комнатах краткосрочных свиданий через два стекла и через телефонную связь, которая естественно предназначается для контроля за беседой.

В период беседы невозможно что-либо передать адвокату. К примеру, жалобы на сотрудников передаются только через дежурного. И это Фирсов В.В. тоже считает нормальным.

На сегодняшний день ИК-3 г. Льгова имеет один из наихудших показателей по условно-досрочному освобождению осужденных в России.

Конечно, их должен освобождать суд, что он и делает, но когда из более чем 800 человек, у которых в 2016 году подходил срок по УК РФ к условно-досрочному освобождению только чуть более 220 обратилось в суд по УДО, из них только 76 досрочно освободилось, а 440 освободилось по окончанию полного срока, задаёшься вопросом, а почему осужденные не хотят домой раньше? Почему в суд обратилось 220 из 800? Не может же быть так, что они хотят сидеть дольше и даже не пытаются уйти домой раньше? Нет, они не дураки, просто в ИК—3 не принимают документы на УДО или затягивают их передачу в суд.

А если осужденные меньше всех исправляются в колонии в России, то почему сотрудники, отвечающие за воспитание и исправление, получают премии, а не уволены?

И таких вопросов ещё очень много, прошу Вас разобраться с ситуацией в ИК-3 г. Льгова, а главное назначить нового Уполномоченного по правам человека по Курской области, чтобы он именно работал с людьми, оказавшимися в трудной жизненной ситуации.

С уважением, Виталий Шишкин 30.01.2017

util