Badge blog-user
Блог
Blog author
Ev Ro
Blog post category
Общество

Чеченизация в Чечне.

Чечня — это, пожалуй, самый необычный регион в составе России. И все бы ничего, если дело шло только бы о сложных отношениях элит. Гражданское общество в Чечне сильно подавлено.

20 January 2017, 12:19

Чеченизация в Чечне.

Чечня — это, пожалуй, самый необычный регион в составе России. И все бы ничего, если дело шло только бы о сложных отношениях элит. Гражданское общество в Чечне сильно подавлено.

Статистика Постов 11
Перейти в профиль

Чечня по праву считается одним из сложнейших регионов в составе России. Республика вошла в состав Федерации (не считая Крым) самой последней. Кроме того, отношения с кавказцами и с чеченцами в особенности никогда не были простыми и нередко становились темой общественных дебатов и политических скандалов.
Об этом написано множество государственных отчетов и произведений классической литературы. Считается, что Кавказская война была самой долгой, какую только вела Россия на протяжение всей своей истории.

Особенность чеченского случая не только в тяжелых уроках прошлого. Отношения, которые выстроены между Главой Республики и Президентом России, являются предметом отдельного обсуждения, и все же не возникает сомнения в том, что они являются совершенно особенными.
И Рамзан, и его отец — Ахмад Кадыров, хоть и становились политиками с чиновничьими обязанностями, все же никогда не относились к разряду «чиновников», исполняющих волю московских начальников.
«Определение „политик-чиновник“ применимо ко всем главам российских субъектов Федерации. К исключениям, и то частичным, можно отнести президента Татарстана и московского мэра, которые завоевывали авторитет своими силами» (Малешенко А. Рамзан Кадыров: российский политик кавказской национальности; Моск. Центр Карнеги. — М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2009. — 150 с.).

Тоже самое верно и в отношении чеченского случая, где «Кремль в лице нынешнего президента Путина предоставил роду Кадыровых право распоряжаться на „особой территории“ „особо“, т.е. руководствуясь собственными внутренними понятиями» (Малешенко А. Рамзан Кадыров: российский политик кавказской национальности; Моск. Центр Карнеги. — М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2009. — 150 с).

Сам Рамзан в интервью и других общественных разговорах демонстрирует полное взаимопонимание со своим народом. Одним из таких показательных случаев стали его слова: «Я простой сельский парень, я свой народ понимаю и знаю, чего он хочет» .
Во время пресс-конференции накануне выборов в Чеченской Республике Рамзан Кадыров не скрывал, что полностью доверяет своим подопечным, а потому не сомневается в их выборе — речь шла о том, кто может стать главой региона после 18 сентября .

События 2016 года, запомнившиеся ужесточением политической риторики в адрес «пятой колонны» и «врагов чеченского народа», также отмечены многократным возрастанием роли Рамзана Кадырова среди общественности. Если раньше можно было говорить о том, что в Чечне есть «абсолютно нелегитимный, но абсолютно дееспособный» Рамзан Кадыров, то ныне руководство Республики поставило своей задачей цель донести до населения, что Кадыров не только эффективный, но и абсолютно легитимный правитель.
С этим может быть связан случай введения прямых выборов Главы Чеченской республики — в обход системы «назначения сверху» или голосования парламента во всех остальных частях СКФО.

Многие общественники предрекли «кадыризацию» политической жизни в России — намекая на то, что события с поиском виновной во всех бедах «пятой колонны», а также использование популистских лозунгов стало особо показательным в Чечне уже после того, как это формула была устно опробована Кремлем применительно к внесистемной оппозиции и сочувствующим единству Украины.
Если ранее Кадыров, как и Путин, был заинтересован в легитимизации своего статуса через парламентские выборы или отчеты международных структур, то теперь это стало поводом для политических санкций, вплоть до высылки недовольных за территорию Республики или иной вид преследований .
Традиционность таких действий, якобы зиждущаяся на исторических установках, создала уникальную ситуацию, когда традиция из типичной формы культуры превратилась в действующий инструмент реальной политики.
Так, поджоги домов предполагаемых родственников террористов объяснялись и более ранними практиками высылки с территории Чечни «врагов народа», а запрет на определенные виды одежды и формы внешнего вида — борьбой с терроризмом.

«Вечность Рамзана Кадырова», с которой он пребывает на своем посту, конечно, связана с деятельностью нынешнего руководства России, а именно Владимира Путина, чьим «личным пехотинцем» и является Кадыров.
Полная самостоятельность в назначении и смещении окружавших Рамзана лиц привела к тому, что его окружили — в абсолютном большинстве — амнистированные им же самим боевики, воевавшие вместе с самим Кадыровым с федеральными силами во время первой чеченской кампании (75% амнистированных, которые служат в структурах МВД, — затаившиеся боевики (Малешенко А. Рамзан Кадыров: российский политик кавказской национальности; Моск. Центр Карнеги. — М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2009. — 150 с.)

Фактически после 2000 годов произошла «чеченизация» конфликта, когда все контрольно-распорядительные функции по прекращению войны были отданы чеченцам: это помогло выиграть вторую чеченскую кампанию, которая выгодно отличается от первой. Она, в представлении самих чеченцев, уже не выглядит национально-освободительной войной, а представляет из себя меж-клановые разборки внутри чеченского общества, закончившиеся, по сути, победой одного тейпа (тейпа Беной, откуда происходят Кадыровы) в установлении политического монополизма в Республике.
Поскольку эти процессы неразрывно связаны с деятельностью Рамзана и его команды (в 2014 году даже появилось специальное определение «фактор КРА»), то это означает фактическое сосредоточение всей власти в Чечне под контролем одного человека, венчающего пирамиду власти в Республике.

В практическом смысле это значит, что никакой человек, будь то русский или выходец другой национальности, не связанный с Кадыровым и его командой, не сможет встать во главе аппарата, сплошь состоящим из «фактора КРА».

Если рассуждать немного метафизически, то восстановление практики причинности национального фактора (когда чеченские партогранизации было запрещено возглавлять этническим чеченцам) возвращает нас во время тоталитарной политики, называемой чеченцами ни больше-ни меньше как периодом оккупации.
По данным проекта «Конституция Россия» одного из российских либеральных сообществ, даже факт упрощения самоназвания «Чеченская Республика» и другие подобные случаи, ведет к дискриминации национальных меньшинств, проживающих на территории нашей страны (Проект Конституции России / отв. ред. М.А. Краснов. — Москва: Фонд «Либеральная миссия», 2012. — 168 с.).


Все вышеописанное свидетельствует только об одном — в ближайшее время процессы «чеченизации», «кадыризации» не могут быть остановлены, а возвращение к поистине колонизационной политике невозможно.
Отсутствие институтов демократии, замена ее на неэффективную или дефективную, не способствует обновлению политического аппарата Республики, консервирует понятие «национальность», согласно которому только этнический чеченец может занимать должность руководителя Чечни.
События внутриполитической жизни страны, упрощающие сами понятия о политике, использование примитивных лозунгов борьбы с «пятой колонной» и активное опробование формулы «фактора КРА» делают Кадырова незаменимым, по сути, бессменным политическим лидером чеченского народа.

С этим связана куда большая проблема — эффективность этнополитики Северного Кавказа, эволюция политического сознания, проблема конфликта идентичностей, а также национальная политика Российского государства.
Используя архаичные политические методы (Владимир С. Малахов: Настоящее и будущее «национальной политики в России») работающие для советской модели, федеральный центр допускает большие ошибки и делает фактор нестабильности во многом продолжающемся процессом на Кавказе и в Чечне, в частности — в настоящем и обозримом будущем.

util